Текст песни PLC, The Hatters - Культура
Просмотров: 1
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
Здесь расположен текст песни PLC, The Hatters - Культура, перевод и видео.
Моя культура не смотрит на цены, моя культура — Победа
Здесь всходит Азимов, на этой же почве спивается Летов
Моя культура — пуанты, балеты, штыки, танки, пули, АК и ракеты
Моя культура — медведь, балалайка, стрелки, белка, Мир и Восток
Моя культура под дулом у стенки, моя культура — скорбь и восторг
Шум среди ночи на лестничной клетке, стук в дверь и закрытый глазок
Она нажимает на красную кнопку, когда её кто-то пытается ставить на стоп
Она тридцать лет на печи пролежала пластом
В ней кровь моих предков, скользит из-под ног табуреткой, моя культура — престол
Моя культура — не знать берегов, у неё моря времени
Её алмазы в полярных морозах — рождённые под давлением
Моя культура — тихое слово, моя культура — в молчании — крик
Моя культура — невинный ребёнок, моя культура — уставший старик
Она сегодня кричит: «Люблю!», завтра кричит: «Ненавижу!»
В наших артериях льются чернила, которыми она пишет
Моя культура идёт пилигримами мимо ристалищ и капищ
Хламом пылится в сараях, костьми легла на просторах полей-кладбищ
Она потом объяснит всему миру, чей был первый выстрел
Но по пути, перед этим, их ресторан превратит в «Быстро!»
Друг мой, друг мой, я очень и очень болен
Моя культура — вечный конь ночью с каким-то типом в поле
Сколько ещё нам отмерено, знает здесь только кукушка
Моя культура — Красное Колесо, Белый лебедь, чёрный Пушкин
Конфетки-бараночки сухарями засушены, в подушке перо
В каждом доме иконой герой, в каждом втором под полою — террор
И в этом вся суть: здесь что ни судьба, то судьбина
Но моя культура будет судить за это даже со скамьи подсудимых
Прекрасна в своём бунтарстве, вольна, непослушна
Этим законам — ведь живее живых даже в «Мёртвых душах»
Шут пугает химерой, на то он и шут, пусть скалится
Но все когда-то всегда умирают, а моя культура останется My culture has its roots in the graves of murdered poets.
My culture pays no heed to price tags; my culture is Victory.
Here Asimov rises, while on this very same soil, Letov drinks himself to ruin.
My culture is pointe shoes, ballets, bayonets, tanks, bullets, AKs, and rockets.
My culture is the bear, the balalaika, the sharpshooter, the squirrel, Peace, and the East.
My culture stands at the wall, under the gun; my culture is both sorrow and ecstasy.
A noise in the stairwell in the dead of night; a knock at the door, and the peephole goes dark.
She presses the red button whenever anyone tries to bring her to a halt.
For thirty years, she lay flat on the stove-bench, motionless.
She holds the blood of my ancestors; she is the stool slipping out from beneath one’s feet—yet my culture is a throne.
My culture knows no shores; she possesses oceans of time.
Her diamonds lie amidst the polar frosts—born under immense pressure.
My culture is a quiet word; my culture is a scream buried in silence.
My culture is an innocent child; my culture is a weary old man.
Today she cries out, "I love you!"—tomorrow she screams, "I hate you!"
Through our very arteries flows the ink with which she writes.
My culture marches on like pilgrims, passing by jousting grounds and pagan shrines.
She gathers dust like junk in forgotten sheds; she lies scattered as bones across the vast expanse of battlefield-graveyards.
Eventually, she will explain to the whole world whose hand fired the very first shot.
But along the way—before that moment comes—she will turn their fancy restaurant into a "Bistro!" My friend, oh my friend, I am very, very ill.
My culture is an eternal horse, at night, in a field with some fellow.
Only the cuckoo knows how much time is left for us here.
My culture is the Red Wheel, the White Swan, the black Pushkin.
Sweets and bagels are dried hard as rusks; a feather lies in the pillow.
In every home, a hero hangs like an icon; in every second home, terror lurks beneath the floorboards.
And therein lies the whole essence: here, every fate is a heavy destiny.
Yet my culture will pass judgment on this—even from the prisoner’s dock.
She is beautiful in her rebellion—free, unruly.
She defies these laws—for she is more alive than the living, even within *Dead Souls*.
The jester scares us with chimeras—that is his nature; let him bare his teeth.
But everyone, eventually, always dies—yet my culture will remain.
Скачать
О чем песня PLC, The Hatters - Культура?
Контакты
Контакты