АБВ
911pesni.ru
  • А
  • Б
  • В
  • Г
  • Д
  • Е
  • Ж
  • З
  • И
  • К
  • Л
  • М
  • Н
  • О
  • П
  • Р
  • С
  • Т
  • У
  • Ф
  • Х
  • Ц
  • Ч
  • Ш
  • Э
  • Ю
  • Я
  • A
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • G
  • H
  • I
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • O
  • P
  • Q
  • R
  • S
  • T
  • U
  • V
  • W
  • X
  • Y
  • Z
  • #
  • Текст песни Вера Полозкова - Текст, который напугал маму

    Исполнитель: Вера Полозкова
    Название песни: Текст, который напугал маму
    Дата добавления: 15.05.2014 | 11:17:13
    Просмотров: 737
    0 чел. считают текст песни верным
    1 чел. считают текст песни неверным
    Здесь расположен текст песни Вера Полозкова - Текст, который напугал маму, перевод и видео.
    самое забавное в том, Владислав Алексеевич,
    что находятся люди,
    до сих пор говорящие обо мне в потрясающих терминах
    «вундеркинд»,
    «пубертатный период»
    и «юная девочка»
    «что вы хотите, она же еще ребенок» -
    это обо мне, Владислав Алексеевич,
    овладевшей наукой вводить церебролизин внутримышечно
    мексидол с никотинкой подкожно,
    знающей, чем инсулиновый шприц
    выгодно отличается от обычного –
    тоньше игла,
    хотя он всего на кубик,
    поэтому что-то приходится вкалывать дважды;
    обо мне, Владислав Алексеевич,
    просовывающей руку под рядом лежащего
    с целью проверить, теплый ли еще, дышит ли,
    если дышит, то часто ли, будто загнанно,
    или, наоборот, тяжело и медленно,
    и решить, дотянет ли до утра,
    и подумать опять, как жить, если не дотянет;

    обо мне, Владислав Алексеевич,
    что умеет таскать тяжелое,
    чинить сломавшееся,
    утешать беспомощных,
    привозить себя на троллейбусе драть из десны восьмерки,
    плеваться кровавой ватою,
    ездить без провожатых
    и без встречающих,
    обживать одноместные номера в советских пустых гостиницах,
    скажем, Петрозаводска, Владивостока и Красноярска,
    бурый ковролин, белый кафель в трещинах,
    запах казенного дезинфицирующего,
    коридоры как взлетные полосы
    и такое из окон, что даже смотреть не хочется;
    обо мне, которая едет с матерью в скорой помощи,
    дребезжащей на каждой выбоине,
    а у матери дырка в легком, и ей даже всхлипнуть больно,
    или через осень сидящей с нею в травматологии,
    в компании пьяных боровов со множественными ножевыми,
    и врачи так заняты,
    что не в состоянии уделить ей ни получаса, ни обезболивающего,
    а у нее обе ручки сломаны,
    я ее одевала час, рукава пустые висят,
    и уж тут-то она ревет – а ты ждешь и бесишься,
    мать пытаешься успокоить, а сама медсестер хохочущих
    ненавидишь до рвоты, до черного исступления;
    это я неразумное дитятко, ну ей-богу же,
    после яростного спектакля длиной в полтора часа,
    где я только на брюхе не ползаю, чтобы зрители мне поверили,
    чтобы поиграли со мной да по улыбались мне,
    рассказали бы мне и целому залу что-нибудь,
    в чем едва ли себе когда-нибудь признавалися;
    а потом все смеются, да, все уходят счастливые и согретые,
    только мне трудно передвигаться и разговаривать,
    и кивать своим,
    и держать лицо,
    но иначе и жить, наверное, было б незачем;
    это меня они упрекают в высокомерии,
    говорят мне «ты б хоть не материлась так»,
    всё хотят научить чему-то, поскольку взрослые, -
    размышлявшую о самоубийстве,
    хладнокровно, как о чужом,
    «только б не помешали» -
    из-за этого, кстати, доктор как-то лет в девятнадцать
    отказался лечить меня стационарно –
    вы тут подохнете, что нам писать в отчетности? –
    меня, втягивавшую кокс через голубую тысячерублевую
    в отсутствие хрестоматийной стодолларовой,
    хотя круче было б через десятку, по-пролетарски,
    а еще лучше – через десятку рупий;
    облизавшую как-то тарелку, с которой нюхали,
    поздним утром, с похмелья, которое как рукой сняло;
    меня, которую предали только шестеро,
    но зато самых важных, насущных, незаменяемых,
    так что в первое время, как на параплане, от ужаса
    воздух в легкие не заталкивался;
    меня, что сама себе с ранней юности
    и отец, и брат, и возлюбленный;
    меня, что проходит в куртке мимо прилавка с книгами,
    видит на своей наклейку с надписью «республика» рекомендует»
    и хочет обрадоваться,
    но ничего не чувствует,
    понимаешь, совсем ничего не чувствует;
    это меня они лечат, имевшую обыкновение
    спать с нелюбимыми, чтоб доказать любимым,
    будто клином на них белый свет не сходится,
    извиваться, орать, впиваться ногтями в простыни;
    это меня, подверженную обсессиям, мономаниям,
    способную ждать годами, сидеть-раскачиваться,
    каждым «чтобы ты сдох» говорить «пожалуйста, полюби меня»;
    меня, с моими прямыми эфирами, с журналистами,
    снимающими всегда в строгой очередности,
    как я смотрю в ноутбук и стучу по клавишам,
    как я наливаю чай и сажусь его пить и щуриться,
    как я читаю книжку на
    the funny thing is, Vladislav A. ,
    that there are people
    still talking about me in terms of stunning
    " Prodigy "
    " Puberty "
    and " young girl "
    "What do you want , she's still a child " -
    it's about me , Vladislav A. ,
    has mastered the science administered intramuscularly Cerebrolysinum
    meksidol with nikotinkoy subcutaneously
    knowing than an insulin syringe
    favorably with the usual -
    thinner needle ,
    although he only cube
    so something has to stick twice;
    me, Vladislav A. ,
    insert your hand under the close lying
    in order to verify , whether still warm , breathes whether
    if breathing is often whether , if cornered ,
    or, conversely, heavy and slow,
    and decide whether to dotyanet am
    and think again how to live, if not dotyanet ;

    me, Vladislav A. ,
    that can carry heavy
    repair broken ,
    helpless to comfort ,
    bring themselves to tear out of the trolley gums eights
    vatoyu spitting blood ,
    travel without escort
    and no greeters ,
    single rooms to settle in the Soviet empty hotels,
    say, Petrozavodsk, Vladivostok, Krasnoyarsk,
    brown carpet, white tile in the cracks ,
    treasury smell of disinfectant ,
    corridors as runways
    and such of the windows that do not want to even look ;
    me that travels with her mother in the ambulance ,
    rattling on every pothole ,
    and his mother a hole in the lung , and even her whimper in pain,
    or through the autumn sitting with her trauma ,
    In the company of drunken hogs with multiple stab ,
    and doctors are so busy
    that is not able to give her a half an hour , no anesthetic ,
    and she handles both broken
    I wore it an hour , empty sleeves hanging ,
    and even then that she roars - and you wait and get mad ,
    mother trying to calm herself and nurses laughing
    hate to vomit , to black frenzy ;
    I my child is unreasonable , well golly same
    Vicious play after half an hour in length ,
    where I just do not crawl on his belly to the audience to believe me ,
    to play with me but smiled at me ,
    would have told me and the whole hall anything
    What hardly ever accept myself ;
    and then everyone laughs , yes, everyone leaves happy and warmed ,
    just hard for me to move around and talk,
    and nod their ,
    and keep the person
    but otherwise live and probably had no reason to b ;
    it's me, they accused of arrogance ,
    tell me , "You used foul language , though not so "
    everyone wants to teach something as adults -
    contemplated suicide ,
    coolly , as strange ,
    " Only it had not prevented " -
    because of this , by the way , the doctor once in nineteen years
    refused to treat me permanently -
    You will die here , that we write in the reporting ? -
    I have drawn in blue coke through thousand-
    in the absence of one hundred dollar textbook ,
    although cooler was used by ten, proletarian,
    and even better - through ten rupees ;
    lick the plate somehow , which sniffed,
    late morning , with a hangover , which vanished ;
    I Betrayed only six ,
    but most important , vital , irreplaceable ,
    so that for the first time as paragliding, horror
    air into the lungs do not push ;
    me that herself from an early age
    father and brother, and beloved ;
    me that extends past the counter in a jacket with books
    sees on its label with the word " republic" recommends "
    and wants to rejoice ,
    but feels nothing
    you know , just does not feel anything ;
    that they treat me , who used to
    sleep with the unloved , to prove to favorite
    if they wedge white light does not converge ,
    squirm , scream , dig her nails into sheets ;
    this is me exposed to obsessions , monomania ,
    able to wait for years , sit - sway
    each " dead to you " say " please love me ";
    me with my live , with journalists ,
    always filming the strict priority
    as I look at the laptop and knock on the keys
    I pour tea and sit down to drink it and squint
    I read a book on

    Скачать

    Смотрите также:

    Все тексты Вера Полозкова >>>

    О чем песня Вера Полозкова - Текст, который напугал маму?

    Отправить
    Верный ли текст песни?
    ДаНет