20 декабрей20 ДЕКАБРЕЙ
В горле тугим узлом ком.
В клетке грудной обмяк нерв.
Правда - она живет в том,
в чем человек всегда нем.
Время течет по стеклу вверх.
Я дышу на окно ртом
FriendzoneFRIENDZONE
сумасшедшим - смягченный срок и белесая мягкость стен,
от улыбки – застывший спазм в уголках искривленных губ.
все дороги к былым нам – в направлениях тонких вен –
ты знаешь, куда ведут.
если голос мой – скрежет стали,
то прости, что проржавел.
Homo sapiens любят по ФрейдуHOMO SAPIENS ЛЮБЯТ ПО ФРЕЙДУ
Всё посредственно, стерто, истоптано, мой малыш.
Вот все смотрят глазищами, рты раскрывают: «Ишь,
посмотри – не жена, не сестра, не мать, а целует в лоб
так легко, так бесстыдно и черт ее не берет,
будто вовсе не чтит ни иисусов, ни джа, ни кришн.
БезднаОмут манит. Чертям не уютно внутри.
Они ищут пристанище, с воем в стены скребутся.
Тот, кто сгорел, не равен тому, кто горит.
Там, где рождается чистое безрассудство,
любящий видит себя, обреченный - демонов.
Грань остается предметом научных споров.
Все, что сегодня покажется временным,
завтра опутает горло.
БерегиБереги меня. Я парящая сонная птица.
Мои песни сулят мне пулю в груди,
в лучшем случае – клеть,
где подобные нам так стремятся успеть
подобрать с пола крох и напиться
из бензиновой лужи – кто первый, тот больше.
Береги меня, мой хороший,
Береги.
Верь мнеВЕРЬ МНЕ
семь дорог перекрёстка – семь лезвий ножа.
каждый выбор – стальной, куда б ни бежал.
сердце изнашивается, как подошва -
постепенно.
тот, кто под режущим ветром душу свою обнажал,
пьёт в итоге с всевышним на брудершафт.
ВиброВИБРО
это момент, когда хочешь шептать "бегите".
ты душу навыворот, а тебе – "позвоните позже".
эта связь порочна, слепа и не толще нити,
но засела прочно лезвием под кожей.
это момент, когда хочется твердо верить,
Да святится имя твоеДА СВЯТИТСЯ ИМЯ ТВОЕ
да святится имя твое, приносящий боль.
да сотрется пыль с твоих ног и век.
примерять на себя пустоту и роль
оберега сложно – вышвырни оберег,
коль уж больно смел, коль уж больно чужд.
мне тоска выедает щелочью насквозь грудь.
ЖуравлиЖуравли покидают станцию,
река близ нее покрывается льдом.
Если место, ставшее домом, больше не дом,
значит, пора собираться.
Где-то там сотни окон со светом в них,
где-то там тебя ждут с нетерпением и любовью.
Если этот, прежде бесценный роман, стал просто одной из книг,
значит, пора умертвить его главных героев.
ЗаточкаЗАТОЧКА
и когда закончится весь заряд, за спиной завяжутся рукава,
я скажу тебе, здравствуй, брат. посмотри, как смешны доктора
со своим «заживет до свадьбы». из зеркал на нас смотрят «двадцать»,
из души – будто все «сорок пять». нам осталось лишь улыбаться и врать,
что не чувствуем этих вибраций
каждой новой черной дыры. в каждых новых лицах прохожих
Карманный богМне не хватает рук,
мне не хватает ног,
мне не хватает воздуха и огня.
Так замыкается круг.
Щелкнет засов ворот –
будет больше не на кого пенять.
Смотри, я твоя броня,
незримый карманный бог.
ЛетоЛЕТО
Это лето взрывает мосты, стирает грани, учит быть жестче к себе.
В общем, лето на пять.
Ты ненавидишь мой пирсинг в губе,
но так обожаешь их целовать,
подобно волне, что бессовестно лижет сушу.
Моя девочкаМОЯ ДЕВОЧКА
мир откидывается навзничь и вздыхает немощно,
когда ты впиваешься в волосы и зовешь «моя девочка».
мы смеемся – и смех наш осыпается звоном мелочи,
стальных струн, разбивающихся зеркал.
мы сплелись, не давая нашей связи имени.
и плевать! просто пей, целуй, обнимай, бери меня.
На вершинеНа вершине холодно и сложно дышать.
У подножия звери скалят свои клыки.
Выгибая спину, ожидаешь прыжка,
как японец труп врага у реки.
Видишь солнечный свет, слышишь шелест звезд,
но подъем не всегда означает возврат.
Кто-то там впереди обязательно ждет.
ОтравлениеКто-то стоит за шторой, смотрит в упор.
Тень от окна разрезает пространство на два.
Дух посторонних включает внутренний взор
там, где слепы глаза.
Так ощущаешь в воздухе тяжесть грозы,
прежде чем солнце погаснет за дымкой туч.
Трубы зовут. Мужчины идут на призыв.
ПесочницаПЕСОЧНИЦА
маленьких девочек бьют в песочнице.
слезы. обида. разрушены замки.
скоро все это, пожалуй, закончится,
если выйти за рамки.
маленьких дев готовят к их участи:
"кучнее и в очередь, юные самки".
ПрерогативаПринцесса становится королевой.
Шут остается шутом.
Смысл этой песни таков,
что тот, кто выстрелит первым,
тот будет прав.
Поправ все нормы морали,
идти по трупам.
Третий в лодкеТРЕТИЙ В ЛОДКЕ
Мне кажется, еще немного и я умру.
Организм включает сигнал тревоги.
Он будто стебель, колышущийся на ветру
последним маятником у дороги.
Здесь даже в храме не сыщешь Бога.
Здесь в каждом сердце найдешь дыру.
ФонарьФонарь зажжется тогда, когда сделаешь шаг.
Указатель появится там, где начнется развилка.
Если точки расставлены, выдохни, не мешай
им сложиться в четкие линии. Письма в бутылках
не всегда наполняют знанием: выпить из них –
все равно, что испробовать воду из луж от копытца.
Какими мы будем и чем станут наши лица,
когда от посланий останется только конфликт